BLACK LOTUS

 Сцена 20: «Содом-кабаре. Город, где даже камни потеют»

(Бытие 19)

Город залит неоном.
Вывески мигают:
«Клуб „Последний грех“ — вход без одежды, но с чувством вины»,
«Баня „Огненный Поток“ — горячее, чем ад».

Лот идёт по улице в плаще, глядя вниз, будто боится, что взгляды прохожих оставят пятна.
За ним — двое странных “иностранцев” с крыльями, прячущимися под пыльными пальто.

Габриэль (шёпотом):
— Пахнет серой и пороком. Видишь табличку „Добро пожаловать в Содом“?
Внизу мелким шрифтом — „Выхода нет“.

Бархиэль (ворчит):
— Шторм надвигается. Небо уже заряжается гневом.

Лот (шёпотом, озираясь):
— Пойдёмте ко мне. Быстрее, пока не увидели. Здесь чужих любят по-особенному — долго и без оглядки.

(За сценой слышен гул толпы, смех и пьяные голоса. Лилит, Наама и Белиал сидят в зале, попивая коктейли.)

Лилит (ехидно):
— Смотри, наш праведник ведёт ангелов в дом, а город уже принюхивается, как пёс.

Наама (в ритме джаза):
— Аромат страсти, пота и благих намерений. Лучше любого парфюма.

Белиал (философски, затягиваясь сигарой):
— Грех — это всего лишь вкус надежды, если его поджарить на медленном огне.

(Сцена — дом Лота. Он ставит на стол хлеб, но руки дрожат.)

Лот:
— Ешьте, гости. И молитесь, чтобы никто не узнал, что вы здесь.

(Стук в дверь. Толпа за окном.)

Голоса за дверью:
— Лот! Выводи их! Мы хотим познакомиться по-нашему!

Лот (испуганно):
— Нет! Это святые мужи! Оставьте их!

Толпа:
— Тем интереснее! Святость — наш фетиш!

(Лилит и Наама в зале встают, аплодируют, смех перекатывается, как в кабаре.)

Габриэль (поднимает руку):
— Хватит. Есть у меня для них подарочек, Гласий с Голосием подогнали – «Заря-Д», по-быстрому рассосутся.

(Вспышка. Толпа ревёт, спотыкаясь. Музыка замирает.)

Лот (в панике):
— Что теперь?

Бархиэль (сухо):
— Собери своих и беги. Город списан в утиль.

Лот:
— Но дочери... жена...

Лилит (со сцены, вздыхая):
— Ах, да, жена. Сколько бед начиналось с того, что женщина оглянулась.

(Лот и его семья бегут. Гром, дождь из огня. Жена останавливается, смотрит назад — и застывает в соляной фигуре, словно манекен в витрине.)

Белиал (встаёт, аплодирует):
— Прекрасно. Женщина, которая стала приправой к ужину истории.

Наама (мурлычет):
— Соль слёз и гордости. Самый человеческий ингредиент.

Лилит (тихо):
— И всё-таки Содом пал не из-за плоти, а из-за скуки. Люди научились всему, кроме удивления.

(Музыка утихает. Город горит, дым вьётся, как шлейф вечернего платья.
На небе вспыхивает неоновая рекламная строка:
«Глава 20: Авраам и Авимелех. Франшиза „Скажи, что она моя сестра — 2“».)