in Russian
БЫТ и Ё…баный стыд
Сцена 8: «Кастинг в Потоп»
(Бытие, глава 6)
Развалины бара «У Сингулярности» перекроены в сцену кастинг-шоу: длинный подиум, блестящий, но липкий от пролитого вина. Слева — стол судей, где сидят Люцифер, Асмодей, Йофиэль, Ламашту и Михаэль. За кулисами толпятся «дочери человеческие» в блёстках и звериные парочки, всё перемешано. Атмосфера напоминает одновременно «Евровидение» и дешевый стриптиз-бар.
Люцифер (откинувшись в кресле, лениво и с ядом):
— Добро пожаловать на наш великий кастинг. Сегодня мы решаем, кто останется в истории, а кто утонет в лужах собственной пошлости.
Асмодей (вскакивает, глаза горят похотью):
— А я сразу за «сыны Божии берут дочерей человеческих»! Какая чудесная фраза. Её надо вышить на шторах райских борделей.
Йофиэль (рисует в воздухе световыми каракулями):
— А я хочу, чтобы всё это выглядело красиво. Пусть они трахаются, но под музыку, с хореографией, чтобы потом хоть картина получилась!
Ламашту (шипя, облизывая когти):
— Я добавлю им немного кошмаров, чтобы эти доченьки визжали и путали оргазм с истерикой. Великолепное шоу получится.
Михаэль (ударяет кулаком по столу):
— Хватит! Всё это мерзость. Господь уже сказал: «Видит развращение людей — и кается, что сотворил их». И правильно делает! Я за то, чтобы всех смыло!
Люцифер (усмехается):
— О, Михаэль, ты, как всегда, играешь роль строгого учителя, который тайно завидует своим развратным ученикам. Признайся, тебе тоже нравится смотреть.
(За кулисами на подиум выходят первые конкурсантки — «дочери человеческие». Демоны аплодируют, Йофиэль запускает голограммы, Михаэль зажимает глаза.)
Асмодей (орально хлопая):
— Великолепно! Сцена любви и распутства, и всё ради того, чтобы родились великаны!
Ламашту (ухмыляется):
— Великаны… Я слышала, они ломают кровати быстрее, чем поют гимны. Отличный выбор для апокалипсиса.
Йофиэль (рисует в воздухе карикатуру: огромный великан с маленькой головой и гигантским членом):
— Во, во! Это же прямо готовый мем для небесного Reddit.
Михаэль (кричит, вставая):
— Довольно! Господь постановил: «Погублю всё живое». Потоп неизбежен. Всё, кроме Ноя.
(На сцену выходит Ной — бухой, с гитарой, волосы дыбом, в руках молоток. С ним несколько досок и пустая бочка.)
Ной (шатается, поёт фальшиво):
— Построю ковчег, суки… Большой, как моя жажда… В нём будут звери, и вино, и баба… ха-ха!
Асмодей (с восторгом):
— Браво! Я за то, чтобы этот мужик стал нашим новым пророком! Он хотя бы честный — бухает и трахается без лицемерия.
Люцифер (поднимает бокал):
— Согласен. Пусть строит ковчег. Но я предлагаю в него посадить только самых абсурдных животных. Например, парочку вечно ноющих ангелов и одну демоницу с венеричкой.
Ламашту (шепчет, почти мурлычет):
— А я подселю в ковчег кошмары. Пусть они думают, что спаслись, а на самом деле просто сели в плавучую психушку.
Михаэль (в ярости, размахивая мечом):
— Замолчите! Потоп будет судом, а не цирком!
Йофиэль (насмешливо, поднимая руку):
— Извини, Михаэль, но всё, что вы делаете, всегда цирк. Только с плохими декорациями.
(Гул воды начинает раздаваться за кулисами. Дым, пар, бочки перекатываются. На сцену вбегают животные парами, но всё вперемешку: лев с козой, петух с лисой, две лани под ручку с ослом.)
Асмодей (в восторге, прыгая):
— Вот это я понимаю: вечеринка! Даже звери ебут кого попало.
Люцифер (подытоживает, с издёвкой):
— Итак, дамы и господа. Человечество доказало, что оно умеет только трахаться, бухать и умирать. Поэтому Господь решил смыть их всех. Но не волнуйтесь: у нас остаётся Ной. Один пьяный строитель и ковчег из бочек — что может пойти не так?
(Занавес падает, брызги воды летят на зрителей. Слышно, как Ной поёт под гитару: «Все умрут, а я поплыву…».)