BLACK LOTUS

 Сцена 18: «Змей - режиссёр»

(Бытие 3:1–5)

Персонажи:

• Адам и Ева — главные фигуранты, всё ещё под впечатлением от «первого поцелуя».
• Змей — хитрый манипулятор, но здесь он в роли режиссёра театра страсти.
• Гавриил — язвительный комментатор, не может молчать.
• Асмодей — в восторге от происходящего, как от порноспектакля.
• Рафаил — всё ещё пытается удержать хоть какой-то баланс.
• Лилит, Асмодей, Астарот, Бафомет, Гласий

(Сад. Адам и Ева сидят под деревом, немного смущённые, но возбуждённые. На сцену выползает Змей — не гадко, а театрально, словно выходит на кастинг. В зубах у него мегафон.)

Змей (торжественно, в сторону):
— Так… первый поцелуй прошёл. Аплодисменты, свет приглушить. Переходим к второй сцене — интрига, искушение, лёгкая эротика. Камера, мотор!

Адам (шепчет Еве):
— Кто это?

Ева (прищурившись):
— Похоже, режиссёр нашей жизни. Смотри, даже сценарий в зубах держит.

(Гавриил выходит сбоку, нехотя хлопает.)

Гавриил:
— Ну конечно, без третьего лишнего никак. Только-только ребята нашли губы друг друга, а тут уже менеджер страстей пришёл.

Асмодей (радостно подпрыгивает):
— О да! Внимание, внимание! Сейчас будет сцена с фруктами. А я всегда говорил: яблоко — лучший афродизиак после вина и кокаина.

(Змей приближается к Еве. Его голос становится мягким, словно бархат с ядом.)

Змей:
— Ну что, красавица. Тебя уже поцеловали, но это — цветочки. Хочешь ягодки? Ягодки знаний. Запретный плод всегда слаще, чем тупой суп из райских овощей.

Астарот, делая заметки:
— Слова, эмоции, реакции… ха-ха. Если правильно подать — любая идея кажется сладкой.

Бафомет, тихо, шевеля рогами:
— Немного алхимии… и даже самый послушный ум начнёт сомневаться.

Гласий, раздражённо:
— А если кто-то вмешается… хаос гарантирован!

Ева (игриво, но колко):
— А если я не хочу знаний?

Змей (ухмыляется):
— Тогда останешься вечно кухаркой при мужике. Он будет называть тебя «кость от костей», а ты будешь мыть его кости после охоты.

Асмодей:
— А если я добавлю щепотку страсти, чтобы желание стало почти осязаемым… ммм, это будет настоящий спектакль.

Астарот:
— Идеальная комбинация логики и хаоса. Любое сопротивление ломается под давлением…

Бафомет, с хитрой улыбкой:
— Иногда достаточно одного взгляда — и сомнения становятся навязчивой идеей.

Гласий, раздражённо:
— Чёрт, как я ненавижу, когда всё идёт по плану Лилит!

(Адам в ужасе машет руками.)

Адам:
— Эй, постой! Мы только начали… это слишком быстро!

Гавриил (саркастично):
— О, дорогой, это всегда слишком быстро, когда женщина впервые видит выбор.

Рафаил (робко, но серьёзно):
— Может, стоит остановиться? В конце концов, гармония ещё возможна. Не обязательно же ломать правила.

Лилит ведёт Еву к яблоку, Асмодей тихо шепчет на ухо, что «немного шалости никогда не повредит», Астарот записывает реакцию, Бафомет делает алхимический жест, чтобы яблоко «сияло» особенно заманчиво, а Гласий в каждой тени видит потенциальный конфликт. Ева, соблазнённая, откусывает кусочек — и весь мир реагирует. Демоны тихо смеются, ангелы в недоумении переглядываются, а Гласий начинает спорить сам с собой о правильности наказания.

Лилит:
— Вот так рождается любопытство… и хаос. Ах, как прекрасно наблюдать, как невинность превращается в осознанную игру. Даже яблоко смеётся вместе с нами.

Змей (резко поворачивается к Рафаилу, в глаза):
— Гармония? Это скука в красивой обертке. Никто не ходит на спектакли, где всё спокойно. Людям нужен конфликт, им нужен секс, им нужно падение.

Асмодей (восторженно хлопая в ладоши):
— Браво! Вижу, мы коллеги. Я бы добавил ещё сцену ревности, пару тантрических поз и скандал с разводом. Но для начала сойдёт и яблоко.

(Ева протягивает руку к яблоку. Пауза. Она держит его, смотрит на Адама.)

Ева (задумчиво):
— Может, я и правда не обязана жить по чужому сценарию…

Змей (шепчет):
— А можешь — по моему.

(Адам пытается выхватить яблоко, но опаздывает. Ева делает надкусывание — медленно, почти эротично. Тишина. И только где-то сбоку Белфегор просыпается и лениво комментирует.)

Белфегор:
— Ну наконец-то. Я думал, они так и будут чмокаться до скончания вечности.