in Russian
Отголосок парящего света
Страх сжал её тело. Она попыталась сделать шаг, но мышцы будто сковал паралич. Мужчина, стоящий рядом, не толкал и не торопил — он лишь говорил, низко, уверенно, обещая: «Я рядом. До конца. Ты пройдёшь». Его голос был для неё мостом прочнее, чем верёвки под руками. Каждый шаг по мосту ощущался не только ногами, но и колебал внутренний баланс, как будто сама природа проверяла её. Она двигалась вперёд, чувствуя, как каждая клетка борется с животным ужасом. И всё же они дошли.
Когда ступили на твёрдую землю, её ноги подкосились. Мужчина успел подхватить её, и она, почти не думая, уткнулась в его грудь. Объятия стали наградой — за доверие, за преодолённый страх, за то, что её душа, выброшенная в бездну, снова обрела тело.
Логики в этом мире не предвиделось. Автобус. Старый, дребезжащий, набитый трепливыми старухами. Их разговоры походили на хор воробьёв — каждый трещал о своём, ни один не слушал другого. Их слова были о пустяках — о банках с вареньем, о чужих болезнях, о детях и внуках, о погоде. Каждое слово — попытка убедить себя, что жизнь имеет смысл. И в этом потоке маразматических реплик чувствовалась невыносимая тоска: говорящие не слышали даже себя, а значит — существовали в пустоте.
Женщина, всё ещё под впечатлением от моста, ощущала странное раздвоение: её плоть помнила ужас и сладость преодоления, а её уши слышали бессмысленный гомон или шум реки, который будто пытался стереть следы пережитого, превратить всё в бытовую пыль. Мужчина молчал, но его ладонь легла поверх её руки — это было немое напоминание: «То, что мы пережили, принадлежит только нам».
И вдруг, раздался хруст металла, автобус остановился. Поломка. За окнами открывался другой мир: поле, свежескошенное, с валками сена, пахнущего землёй и солнцем. На горизонте — дерево. Огромное, старое. Его ветви тяжело опускались почти до земли, будто мирились с возрастом, но в этом было величие.
Женщины в автобусе не заметили — они продолжали щебетать, как будто их мир замкнулся внутри слов, которые ни к чему не вели. Пара поднялась и, не говоря ни слова, вышла. Стерня хрустела под ногами, ветер тянул за платье, и пространство вокруг слегка искривлялось, будто играя с их восприятием. Тропка вела их к дереву.