BLACK LOTUS

— Ну и кто тут ремонтирует кого? — спросила она, едва касаясь его плеча.
— Пока что — друг друга, — ответил Инженер, и в его голосе зазвенел тремор, который Ёжик оценил как «готовность к проникновению в структуру покоя».

Система начала подвывать. Табло мигало, серверы тихо скрежетали, как будто непонимали, что за цифровая оргия разворачивается на восьмом этаже. Ёжик ловко метнул пару афоризмов и философских обрезков:
— Прекрасное в хаосе — оно всегда эротично. Ваши тела и сознания — мой любимый баг.
И тогда случилось то, что нельзя назвать любовью и не нужно было называть сексом. Это было дружеское, психоделическое проникновение в порядок мира, когда ощущения, смех и взаимопонимание сливали структуру покоя в одну дрожащую, вибрирующую систему. Их тела играли на нём, словно на клавишах арфы хаоса, и каждый импульс, каждая искра заставляли систему скрипеть, хныкать и дергаться, пытаясь понять — конвульсии бюрократии это или оргазм.

Инженер, наконец, понял, что никогда не испытывал такого: не эйфория, не любовь, а чистое, бесстыдное наслаждение процессом разрушения и творчества одновременно. Портниха чувствовала то же самое, и их смех, дыхание, шепот и прикосновения создавали ритм, который система ещё долго будет пытаться декодировать.

Ёжик сидел в уголке, дергал иголками и ухмылялся:
— Вот она, терапия хаоса. Не ищите морали — ищите оргазм, тогда система сама себя исправит.